Стокгольм
Валюта

Читайте нас в 

Украинцы жалуются, что потеряли здоровье на шведской огуречной фермеУкраинская пара хотела подзаработать денег, пока родина воюет с Россией. Но работа на огуречной ферме на юге Швеции оказалась не тем, на что они рассчитывали. Павел без всякой защиты работал с ядами, вызывающими рак, а у Анны на ногах вздулись вены после 15-часового рабочего дня.

Примерно 40 000 украинцев, бежавших с родины, сейчас находятся в Швеции. Сара Олссон, которая в Агентстве по вопросам равенства работает региональным координатором по борьбе с проституцией и торговлей людьми в южном регионе Швеции, говорит, что есть много примеров того, как шведские фермеры недобросовестно пользуются украинцами, бежавшими от войны.

«Мы видим, что есть работодатели, которые пользуются украинскими беженцами, находящимися в уязвимом положении, которым нужны деньги. Работникам не предоставляют информацию о коллективных договорах и средствах защиты, на которые они имеют право. Они работают в ужасных условиях, а их трудовые обязанности могут быть опасными и вредными для здоровья», - говорит она.

Студенты Анна Завада и Павел Кириченко (на фото) из Чернигова приехали в Швецию в качестве стажёров в мае прошлого года, чтобы заработать деньги и научиться сельскому хозяйству. Молодую пару разместили вместе с тремя другими соотечественниками на огуречной ферме на юге Швеции.

Но работа оказалась далеко не стажировкой, а изнурительной работой с неоправданно напряжённым рабочим днём.

«Там были очень жёсткие требования, нельзя было даже воды попить без скандала. Каждому работнику нужно было собирать 250 кг огурцов в час. У меня вздулись сосуды на ногах, потому что я работала сто́я по 12-15 часов в день. При нормальной работе с восьмичасовым рабочим днём рабочее время в месяц составляет 160–170 часов. Но мы работали в два раза больше. Я работала по 354 часа в месяц, а обещанную зарплату часто не получала», - жалуется Анна корреспонденту издания Dagens Nyheter.

На Павла возложили ответственность за опрыскивание огурцов в теплицах. Он работал совершенно без всякой защиты. Ему приходилось либо вручную опрыскивать кусты огурцов из пульверизатора, либо ходить за обрызгивающей химикаты машиной, весь покрытый брызгами. Через некоторое время у него появилась сыпь на лице и красные зудящие глаза.

Павел сетует, что ему приходилось иметь дело с навозом, в состав которого входила азотная кислота, и ему на кожу попала едкая жидкость.

«На меня попало всего пару капель, но было больно и всё чесалось два дня», - хнычет Павел.

В дополнение к азотной кислоте на ферме использовались средства для защиты растений Flexity и Diabolo. По данным Химической инспекции, при работе с ними необходимо носить защитное снаряжение.

«В случае длительного воздействия на человека эти химикаты вызывают рак. Этими веществами не должны подвергаться люди», - говорит Матс Аллмир из Химической инспекции.

Когда Павел, который вместе с Анной и тремя другими украинцами проработал на огуречной ферме чуть меньше года, вспоминает обо всех химических веществах, которые попадали на его кожу, то начинает нервничать.

«Я боюсь. Под угрозой отправки меня домой на Украину, мне самому нужно было думать о заработке денег. Но теперь я знаю, что всё это может повлиять на моё здоровье в будущем», - снова причитает Павел.

Теперь профсоюзы, куда украинцы обратились за защитой, планируют подать на огуречную ферму в суд по трудовым спорам.

Генеральный директор компании, которой принадлежит огуречная ферма, отвергает обвинения.

«Никаких правил не было нарушено. Другие сотрудники дают совершенно другую картину, чем та, которая была представлена ​​​​на переговорах с профсоюзами. Мы им платили даже более высокую зарплату, чем первоначально договаривались. Они всё выворачивают наизнанку. Что касается того, что они работали посменно без выходных, то это правда, но у нас есть доказательства, что они сами хотели работать сверхурочно. Несколько раз, в связи с выплатой заработной платы, мне становилось ясно, что эти два сотрудника нарушили нормы законодательства о рабочем времени в отношении разрешённой сверхурочной работы и им не разрешалось работать столько часов. Мы им платили за почасовую оплату труда, которая указана в письменных договорах о трудоустройстве», - говорит оклеветанный украинцами директор компании.